Код ATХ L01BC07
Механизм действия
Противоопухолевое действие азацитидина обусловлено разнообразными механизмами, включая цитотоксичность в отношении патологически измененных гематопоэтических клеток костного мозга и гипометилирование ДНК. Механизмы, участвующие в реализации цитотоксического действия азацитидина, включают ингибирование синтеза ДНК, РНК и белка, инкорпорацию препарата в ДНК и РНК, а также активацию путей повреждения ДНК. Непролиферирующие клетки сравнительно нечувствительны к азацитидину. Инкорпорация азацитидина в ДНК приводит к инактивации метилтрансферазы ДНК, в результате чего происходит гипометилирование ДНК. Гипометилирование ДНК в аберрантно метилированных генах, вовлеченное в регуляцию нормального клеточного цикла, включая клеточную дифференциацию и смерть клетки, может вызывать ре-экспрессию гена и восстановление функций подавления опухолевого роста в клетках злокачественных опухолей.
Относительная клиническая значимость механизма гипометилирования ДНК в сравнении с цитотоксическим и другими эффектами азацитидина в настоящее время не установлена.
Клиническая эффективность и безопасность
Взрослые пациенты (МДC, ХММЛ и ОМЛ [20-30% бластов костного мозга])
Эффективность и безопасность азацитидина изучались в международном, многоцентровом, контролируемом, открытом, рандомизированном, сравнительном исследовании с параллельными группами фазы 3 (AZA PH GL 2003 CL 001) у взрослых пациентов со следующими диагнозами: МДС с промежуточной-2 и высокой степенью риска по Международной Прогностической Системе Оценки (IPSS), рефрактерной анемией с избытком бластов (РАИБ), рефрактерной анемией с избытком бластов в трансформации (РАИБ-Т) и модифицированным хроническим миеломоноцитарным лейкозом (мХММЛ) в соответствии с Французско-американско-британской (FAB) системой классификации. Пациенты с РАИБТ (21–30 % бластов) в настоящее время считаются пациентами с ОМЛ в соответствии с действующей системой классификации ВОЗ. Азацитидин в сочетании с наилучшей поддерживающей терапией (НПТ) (n = 179) сравнивали с стандартными схемами лечения (ССЛ). Стандартные схемы лечения: только НПТ (n = 105), низкие дозы цитарабина в сочетании с НПТ (n = 49) или стандартная индукционная химиотерапия в сочетании с НПТ (n = 25). Перед рандомизацией пациенты были предварительно отобраны их лечащим врачом в 1 из 3 групп со стандартными схемами лечения. Пациенты получали предварительно выбранную схему, если они не были рандомизированы в группу лечения азацитидином. В рамках критериев включения в исследование пациенты должны были иметь функциональный статус 0-2 по классификации Восточной Кооперативной Онкологической Группы (ECOG). Пациенты с вторичным МДС были исключены из исследования. Основным конечным критерием оценки исследования была общая выживаемость. Азацитидин вводили подкожно в дозе 75 мг/м2 ежедневно в течение 7 дней с последующим периодом отдыха 21 день (28-дневный цикл лечения) на протяжении 9 циклов (медианное значение) (диапазон = 1-39), в среднем 10,2 циклов. В популяции пациентов, включённых в испытание (ITT), средний возраст составлял 69 лет (диапазон от 38 до 88 лет).
В ITT-анализе 358 пациентов (179 азацитидин и 179 ССЛ) лечение азацитидином было связано со средней выживаемостью 24,46 месяца по сравнению с 15,02 месяца у тех, кто получал терапию ССЛ, разница 9,4 месяца, со стратифицированным логарифмическим ранговым значением p. 0,0001. Отношение риска (ОР) для лечебного эффекта составило 0,58 (95% ДИ: 0,43, 0,77). Двухлетняя выживаемость составила 50,8 % у больных, получавших азацитидин, по сравнению с 26,2 % у больных, получавших ССЛ (p <0,0001).
Преимущества азацитидина в отношении выживаемости были постоянными независимо от варианта лечения ССЛ (только НПТ, низкие дозы цитарабина в сочетании с НПТ или стандартная индукционная химиотерапия в сочетании с НПТ), примененного в контрольной группе.
Когда были проанализированы цитогенетические подгруппы классифицированные по IPSS, аналогичные результаты с точки зрения средней общей выживаемости наблюдались во всех группах (хорошая, промежуточная, с плохой цитогенетикой, включая моносомию 7-ой хромосомы).
При анализе возрастных подгрупп увеличение медианной общей выживаемости наблюдалось для всех групп (< 65 лет, ≥ 65 лет и ≥ 75 лет).
Лечение азацитидином было связано со медианой времени до смерти или трансформации в ОМЛ, равной 13,0 месяцям по сравнению со значением данного показателя 7,6 месяца для тех, кто получал терапию ССЛ. Улучшение на 5,4 месяца со стратифицированным логарифмическим ранговым значением р 0,0025.
Лечение азацитидином также было связано с уменьшением цитопении и связанных с ней симптомов. Лечение азацитидином привело к снижению потребности в переливании эритроцитов и тромбоцитов. Из пациентов в группе азацитидина, которые исходно зависели от переливания эритроцитов, 45,0 % этих пациентов стали независимыми от переливания эритроцитов в течение периода лечения по сравнению с 11,4 % пациентов в группе комбинированной ССЛ (статистически значимое (p < 0,0001) значение), разница - 33,6 % (95 % ДИ: 22,4, 44,6).У пациентов, которые зависели от переливания эритроцитов на исходном уровне и стали независимыми, медиана продолжительности независимости от переливания эритроцитов составила 13 месяцев в группе азацитидина.
Эффект оценивался исследователем или Независимым контрольным комитетом (IRC). Общий ответ (полная ремиссия [ПР] + частичная ремиссия [ЧР]), по определению исследователя, составил 29 % в группе азацитидина и 12 % в группе комбинированной ССЛ (p = 0,0001). Общий ответ (ПР + ЧР), определенный IRC в исследовании AZA PH GL 2003 CL 001, составил 7 % (12/179) в группе азацитидина по сравнению с 1 % (2/179) в группе комбинированной ССЛ (p = 0,0113). Различия между оценками ответа от IRC и от исследователя были следствием критериев Международной рабочей группы (IWG), требующих улучшения показателей периферической крови и сохранения этих улучшений в течение как минимум 56 дней. Преимущество в выживаемости было также продемонстрировано у пациентов, у которых не был достигнут полный/частичный ответ на лечение азацитидином. Гематологическое улучшение (большое или незначительное), по определению IRC, было достигнуто у 49% пациентов, получавших азацитидин, по сравнению с 29 % пациентов, получавших комбинированную ССЛ (p <0,0001).
У пациентов с одной или несколькими цитогенетическими аномалиями на исходном уровне процент пациентов с выраженным цитогенетическим ответом был одинаковым в группах азацитидина и комбинированной ССЛ. Малый цитогенетический ответ был статистически значимо (p = 0,0015) выше в группе азацитидина (34 %) по сравнению с группой с комбинированной ССЛ (10 %).
Взрослые пациенты в возрасте 65 лет и старше с ОМЛ с> 30% бластов костного мозга
Результаты, представленные ниже, представляют популяцию пациентов, включенных в испытание (ITT) в исследовании AZA-AML-001.
Эффективность и безопасность азацитидина изучали в международном многоцентровом контролируемом открытом исследовании фазы 3 с параллельными группами у пациентов в возрасте 65 лет и старше с впервые диагностированным de novo или вторичным ОМЛ с >30% бластов костного мозга в соотвествии с классификацией ВОЗ. Пациенты не имели права на получение ТГСК (трансплантация гемопоэтических стволовых клеток). Азацитидин плюс BSC (n=241) сравнивали с CCR. Стандартные схемы лечения: только НПТ (n = 45), низкие дозы цитарабина в сочетании с НПТ (n = 158) или стандартная интенсивная химиотерапия с цитарабином и антрациклином в сочетании с НПТ (n = 44). Перед рандомизацией пациенты были предварительно отобраны их лечащим врачом в 1 из 3 групп со стандартными схемами лечения. Пациенты получали предварительно выбранную схему, если они не были рандомизированы в группу лечения азацитидином. В рамках критериев включения пациенты должны были иметь 0-2 функциональный статус по классификации Восточной Кооперативной Онкологической Группы (ECOG) и цитогенетические аномалии среднего или низкого риска. Основным конечным критерием оценки исследования была общая выживаемость.
Азацитидин вводили подкожно в дозе 75 мг/м2/день в течение 7 дней с последующим периодом отдыха 21 день (28-дневный цикл лечения), на протяжении 6 циклов в среднем (диапазон: от 1 до 28). У пациентов, получавших только НПТ, продолжительность лечения была в среднем 3 цикла (диапазон: от 1 до 20), у пациентов с низкими дозами цитарабина в среднем 4 цикла (диапазон 1-25) и у пациентов со стандартной интенсивной химиотерапией в среднем 2 цикла (диапазон: 1-3, индукционный цикл и 1 или 2 цикла консолидации).
Индивидуальные исходные параметры были сопоставимы между группами с азацитидином и ССЛ. Средний возраст испытуемых составлял 75,0 лет (от 64 до 91 года), 75,2% были представителями европеоидной расы и 59,0% мужчин. На исходном уровне 60,7% пациентов были классифицированы как больные ОМЛ без дополнительных уточнений, 32,4% пациентов – больные ОМЛ с изменениями, связанными с миелодисплазией, 4,1% пациентов – с миелоидными новообразованиями, связанными с терапией, и 2,9% пациентов – больные ОМЛ с рецидивирующими генетическими аномалиями в соответствии с классификацией ВОЗ.
В ITT-анализе 488 пациентов (241 азацитидин и 247 CCR), лечение азацитидином было связано со средней выживаемостью 10,4 месяца по сравнению с 6,5 месяцами для тех, кто получал терапию ССЛ, разница 3,8 месяца со стратифицированным логарифмическим ранговым значением p 0,1009 (двусторонний). Отношение рисков для лечебного эффекта составило 0,85 (95% ДИ = 0,69, 1,03). Однолетняя выживаемость составила 46,5% у пациентов, получавших азацитидин, по сравнению с 34,3% у пациентов, получавших ССЛ.
Модель Cox PH, скорректированная с учетом заранее определенных исходных прогностических факторов, определила ОР для азацитидина по сравнению с ССЛ, равным 0,80 (95% ДИ = 0,66, 0,99; p = 0,0355).
• Кроме того, хотя в исследовании не было возможности продемонстрировать статистически значимую разницу при сравнении азацитидина с группами лечения, получавшими предварительно выбранные ССЛ, выживаемость пациентов, получавших азацитидин, была выше по сравнению с вариантами лечения ССЛ - только НПТ, низкие дозы цитарабина в сочетании НПТ и была аналогичной по сравнению со стандартной интенсивной химиотерапией в сочетании с ССЛ.
• Во всех заранее определенных подгруппах [возраст (< 75 лет и ≥ 75 лет), пол, раса, функциональный статус по классификации ECOG (0 или 1 и 2), исходный цитогенетический риск (средний и низкий), географический регион, классификация ОМЛ по ВОЗ ( включая ОМЛ с изменениями, связанными с миелодисплазией), исходное количество лейкоцитов (≤ 5 x 109/л и > 5 x 109/л), исходное количество бластов в костном мозге (≤ 50% и > 50%) и МДС в анамнезе] была тенденция в преимуществе в общей выживаемости (ОВ) в пользу азацитидина. В нескольких предварительно определенных подгруппах отношение рисков в общей выживаемости достигло статистической значимости, включая пациентов с неблагоприятным цитогенетическим риском, пациентов с ОМЛ с изменениями, связанными с миелодисплазией, пациентов < 75 лет, пациентов женского пола и белых пациентов.
• Гематологические и цитогенетические реакции оценивались исследователем и IRC с аналогичными результатами. Общий показатель ответа (полная ремиссия [ПР] + полная ремиссия с неполной нормализацией показателей крови [ПРн]), согласно IRC, составил 27,8% в группе азацитидина и 25,1% в группе комбинированных ССЛ (p = 0,5384). У пациентов, достигших ПР или ПРн, средняя продолжительность ремиссии составила 10,4 месяца (95% ДИ = 7,2, 15,2) для пациентов, получавших азацитидин, и 12,3 месяца (95% ДИ = 9,0, 17,0) для пациентов, получавших ССЛ. Преимущество в выживаемости также было продемонстрировано у пациентов, у которых не был достигнут полный ответ на азацитидин по сравнению с терапией ССЛ.
• Лечение азацитидином улучшило показатели периферической крови и привело к снижению потребности в переливаниях эритроцитов и тромбоцитов. Пациент считался зависимым от переливания эритроцитов или тромбоцитов на исходном уровне, если субъекту было проведено одно или несколько переливаний эритроцитов или тромбоцитов в течение 56 дней (8 недель) до или до рандомизации соответственно. Пациент считался независимым от трансфузии эритроцитов или тромбоцитов в течение периода лечения, если пациент не получал трансфузий эритроцитов или тромбоцитов в течение каких-либо последовательных 56 дней в течение отчетного периода, соответственно.
• Из пациентов в группе азацитидина, которые исходно зависели от переливания эритроцитов, 38,5% (95% ДИ = 31,1, 46,2) этих пациентов стали независимыми от переливания эритроцитов в течение периода лечения по сравнению с 27,6% (95% ДИ = 20,9, 35.1) пациенты в объединенных группах ССЛ. У пациентов, которые были зависимы от переливания эритроцитов в начале исследования и достигли независимости от переливания крови при лечении, средняя продолжительность независимости от переливания эритроцитов составила 13,9 месяца в группе азацитидина и не была достигнута в группе ССЛ.
• Из пациентов в группе азацитидина, которые исходно зависели от переливания тромбоцитов, 40,6% (95% ДИ = 30,9, 50,8) этих пациентов стали независимыми от переливания тромбоцитов в течение периода лечения по сравнению с 29,3% (95% ДИ = 19,7, 40.4) данного показателя у пациентов в группах с комбинированной ССЛ. У пациентов, которые были зависимы от трансфузии тромбоцитов на исходном уровне и достигли независимости от трансфузии при лечении, средняя продолжительность независимости от трансфузии тромбоцитов составила 10,8 мес в группе азацитидина и 19,2 мес в группе ССЛ.
Качество жизни, обусловленное здоровьем (HRQoL), оценивали с использованием основного опросника качества жизни Европейской организации по изучению и лечению рака (EORTC QLQ‑C30). Данные HRQoL могут быть проанализированы для подгруппы всей исследуемой популяции. Несмотря на ограничения в анализе, имеющиеся данные свидетельствуют о том, что пациенты не испытывают значимого ухудшения качества жизни во время лечения азацитидином.
Дети
Исследование AZA-JMML-001 было международным многоцентровым открытым исследованием фазы 2 для оценки фармакокинетики, фармакодинамики, безопасности и активности азацитидина перед ТГСК у педиатрических пациентов с недавно диагностированным поздним МДС или ЮММЛ. Основная цель клинического исследования заключалась в оценке влияния азацитидина на частоту ответа в цикле 3, день 28.
Пациенты (МДС, n = 10; ЮММЛ, n = 18, от 3 месяцев до 15 лет; 71% мужчины) получали азацитидин внутривенно в дозе 75 мг/м² ежедневно в дни с 1 по 7 28-дневного цикла в течение как минимум 3 циклов и максимум 6 циклов.
Включение в группу исследования МДС было прекращено после 10 пациентов с МДС из-за недостаточной эффективности: у этих 10 пациентов не было зарегистрировано подтвержденных ответов.
В группу исследования ЮММЛ было включено 18 пациентов (13 PTPN11, 3 NRAS, 1 соматическая мутация KRAS и 1 клинический диагноз нейрофиброматоза типа 1 [NF-1]). Шестнадцать пациентов прошли 3 курса терапии, 5 из них завершили 6 курсов. В общей сложности 11 пациентов с ЮММЛ имели клинический ответ в цикле 3, день 28, из этих 11 субъектов 9 (50%) пациентов имели подтвержденный клинический ответ (3 субъекта с cCR и 6 субъектов с cPR). Среди когорты пациентов с ЮММЛ, получавших азацитидин, 7 (43,8%) пациентов имели устойчивый тромбоцитарный ответ (количество ≥ 100 × 109/л) и 7 (43,8%) пациентов требовали переливания крови при ТГСК. 17 из 18 пациентов перенесли ТГСК.
Из-за плана исследования (небольшое количество пациентов и различные мешающие факторы) из этого клинического исследования нельзя сделать вывод о том, улучшает ли азацитидин перед ТГСК исход выживаемости у пациентов с ЮММЛ.
Исследование AZA-AML-004 было многоцентровым открытым исследованием фазы 2 для оценки безопасности, фармакодинамики и эффективности азацитидина по сравнению с отсутствием противоракового лечения у детей и молодых людей с ОМЛ при молекулярном рецидиве после CR1.
Семь пациентов (средний возраст 6,7 лет [от 2 до 12 лет]; 71,4% мужчин) лечили азацитидином внутривенно в дозе 100 мг/м2 ежедневно в дни с 1 по 7 каждого 28-дневного цикла в течение максимум 3 циклов.
У пяти пациентов была оценка минимальной остаточной болезни (МОБ) на 84-й день, у 4 пациентов была достигнута молекулярная стабилизация (n = 3) или молекулярное улучшение (n = 1), а у 1 пациента был клинический рецидив. Шесть из 7 пациентов (90% [95% ДИ = 0,4, 1,0]), получавших азацитидин, перенесли ТГСК.
Из-за небольшого размера выборки эффективность азацитидина при ОМЛ у детей не может быть установлена. См. раздел 4.8 для информации по безопасности.